Artline Project

- Я богат, потому что мир полон кретинов...
Сальвадор Дали.
___
Пятнадцать лет назад неизвестный англичанин Дэмиан Хёрст купил за гроши мёртвую акулу и за 5000 фунтов переправил её в Лондон. Он опустил труп акулы в стеклянный куб и залил её формальдегидом. Своё произведение он назвал (обратите внимание, название должно быть достаточно заумным - А.К.) "Физическая невозможность смерти в сознании живущего"...
В 2004 году это работа была куплена за 12 миллионов долларов американским коллекционером, который передал её в дар нью-йоркскому музею. Эта покупка сразу поставила Хёрста в ряд самых дорогих художников в истории, наряду с Кандинским, Малевичем и Джаспером Джонсом...
Самое интересное, что об этой, можно сказать, жульнической операции, ничего не имеющей общего с искусством, пишут с восторгом, а Хёрст снискал славу "супермодного" продукта современной британской культуры...
Я не виню Хёрста - для многих деньги сегодня важнее художественной ценности. Хёрст отличный бизнесмен: фокус с трупом акулы может войти в учебники по маркетингу искусства. Хочу надеяться, что британец пытался честно разобраться, есть ли у людей здравый смысл. Но обнаружил, что Дали был прав: большинство из ценителей современного искусства - кретины...
И цена "шедевров" Хёрста (разрезанные туши свиней, коровьи головы с ободранной кожей и т.д.) это доказывает. Я даже не сомневаюсь, что Хёрст понимал, что ЭТО не искусство - он ведь учился в Академии искусств. Давайте разберёмся, почему ЭТО - не искусство.За тысячелетнюю историю цивилизации развитие искусства проходило разные этапы, но имело несколько общих характеристик.
Чему должно отвечать искусство?
Четырём условиям.
Первое - талант, дар Божий... Художник испытывает чувство и в художественной форме передаёт его нам. Как говорил Толстой - "Искусство есть сообщение чувства"...
Без способности чувствовать художника просто не существует. Думаю, великий Пушкин, если бы он был однолюбом, вряд ли смог написать такое количество любовной лирики...
Страдание, смех и ужас - как маски античных трагедий - эти чувства составляют основу искусства...
Истинные произведения искусства не требуют лишних слов - их названия просты: "Мона Лиза", "Давид", "Война и мир", "Героическая симфония"...
А пояснения к какому-нибудь «Чёрному квадрату» занимают сотни страниц...
Но почувствовать мало, надо уметь выразить. Для этого и необходимо мастерство - второе условие для существования искусства. И, если талант бывает от рождения, то мастерство - это постоянный труд. Поэтому большой художник, даже когда он гениален, для овладения мастерством должен упорно трудиться. Китайцы вообще считают, что настоящий мастер может быть только в пятом поколении.
Третий признак истинного произведения искусства - сообщение чувства прекрасного. Благодаря искусству мы способны увидеть Красоту. Человек всегда был восприимчив к красоте природы, звуков, образов…
В творчестве большого художника обязательно присутствует некая высокая идеальная цель. Как сказала Татьяна Толстая - иногда художнику удается привстать на цыпочки и на мгновения увидеть то самое - непостижимое и Великое…
И четвёртым условием для существования искусства является богатство культурных ассоциаций. Начиная с древнейших эпосов и заканчивая постимпрессионизмом, всё европейское искусство было насыщено многообразием ассоциаций с мифами, с вековыми культурными архетипами и с традициями. Вплоть до середины 20 века Художник не стремился творить вне традиции. Можно «бороться» с традициями, когда ты знаешь, с КЕМ имеешь дело, разбираешься в этом. Знание традиций и способность по-новому взглянуть на них и создаёт большое произведение искусства. Если ты смотришь на работы великого итальянца Микеланджело Буонаротти, то узнаёшь в них и древнегреческого скульптора Фидия. Художник-модернист Френсис Бэкон, пародируя Веласкеса, понимал, какие традиции в искусстве он "разрушает"...
Европейское искусство было разрушено постмодернизмом, который с середины 20 века пытался избавиться от традиций, забыть их...
Помните, у Маяковского:
"Мне наплевать на бронзы многопудье, мне наплевать на мраморную слизь…".
Итак, пресловутая "мёртвая акула" Хёрста не соответствует ни одному из четырёх вышеназванных условий, необходимых для создания произведения искусства. Она не сообщает чувств, а вызывает только интеллектуальное любопытство. Нет тут и мастерства - опустил труп акулы в формалин. И, естественно, эта "работа" не способна вызвать чувства прекрасного. Тогда, спросите вы, почему же ЭТО столько стоит?
С таким же успехом можно задать вопрос: а почему столько стоит "Квадрат" Малевича, также не соответствующий не одной из этих категорий?
"Квадрат" выкуплен нашим государством и включен в музейный фонд России. Рыночная стоимость "Квадрата", признанного "памятником государственного значения", может по оценкам экспертов доходить до двадцати миллионов долларов...
Есть ли в "Чёрном квадрате" мастерство?
Есть ли талант?
Есть ли ощущение прекрасного?
Нет. Есть мастерский рекламный трюк...
Есть желание "взорвать", вызвать скандал, шокировать зрителя...
С этой точки зрения Малевич такой же "художник", как Герострат - архитектор, а Чикатило, извините, - хирург...
Не могу удержаться и не вспомнить моего любимца по части надувания кретинов Энди Уорхолла. Он как-то позвонил в свою мастерскую и поручил фотографу нанести на шелк определённое изображение, после чего он приехал и на готовый холст …помочился. Ткань со следами урины Уорхолла была продана в Нью-Йорке за 10 млн. долларов!
"Ценители искусства" знают, какое участие Уорхолл принял в создании этого "шедевра", но перекупают его, буквально вырывая друг у друга из рук!
Дельцы, собирающие по своим галереям очевидный хлам, знают, что делают. Ведь существуют критики, которые «подведут» глубокий смысл под этот мусор и выдадут свои оценки за общепринятые истины. А предприимчивые знатоки с тугими кошельками заплатят за ЭТО солидные деньги, памятуя признание Дали, что "мир полон кретинов", и через какое-то время они смогут перепродать "шедевр" раза в три дороже. Какой великий обман!
Создать моду можно на что угодно. Как писал в статье «Исчерпание культуры» Солженицын:
"Сперва вкусы к ним воспитываются (навязываются) самими ухватками подачи, затем производятся "общественные опросы", обнаруживаются эти же самые "вкусы"… Пошлость искаженного искусства, уже давно псевдоискусства, расширяется победно, … калечит слуховые и зрительные восприятия людей, захламляет души"...

В мире искусства теперь можно преуспеть абсолютно не имея таланта. Достаточно быть хорошим антрепренером и дельцом. Сегодня рыночная стоимость подменила художественную ценность - вот в чем главная трагедия европейского искусства...
Кстати, Хёрст, похоже, всерьез озаботился сохранением своего творческого "наследия" - он решил заменить мертвую акулу в своей знаменитой работе 1991 года. У творца тогда не было денег, и он законсервировал акулу сам. А поскольку не был специалистом, акула начала протухать. Тем не менее, в начале этого года музей известной фирмы в Сеуле купил еще одну такую акулу - она обошлась корейцам всего-то в 4 миллиона долларов. В связи с этим Хёрст сообщил, что он работает и над другими авторскими копиями своего прославленного "творения"...
Сальвадору Дали хватило смелости признать, что больше всего на свете он любит деньги, и что он удовлетворяет свою страсть при помощи кретинов, ничего не смыслящих в искусстве.
Браво, старик Дали, - мир, действительно полон кретинов!
Андрей Кончаловский.

На заметку…

Somatic Art Therapy: Alleviating Pain and Trauma through Art This book focuses on somatic art therapy for treating acute or chronic pain, especially resulting from physical and/or psychological trauma. It discusses the role of the psyche in physical healing and encourages combining of traditional medicine and holistic perspectives in treatment.

Глядя на работы Атанаса Мацурева (Atanas Matsoureff), нетрудно себе представить среду, повлиявшую на его формирование как на художника. Во всяком случае, это несложно представить уроженцам СССР:) Самоучка, виртуозно овладевший техникой акварели, болгарин мог бы рисовать изящные натюрморты или фактурные пейзажи, которыми его родина тоже богата, но Атанас отражает повседневность. “Я рисую с натуры и преклоняюсь перед красотой и силой природы и простых обычных вещей вокруг нас. Я стараюсь уловить дух каждого материального предмета и преодолеть предел реальности в своих рисунках”, - характеризует свое творчество художник, отмеченный множеством профессиональных наград.
Безусловно, им движет любовь к своей земле и уважение к своей идентичности. Успех Атанаса Мацурева – и в его искренности, которую испытывают ценители искусства, и которая, несмотря ни на что, придает веру в величие человеческого гения сегодня, в Международный день акварелиста (World Watercolor Day).

Трагичная страница украинской истории: "расстрелянное возрождение"

Иван Иванович Падалка (*15 ноября 1894, Жорноклевы — †13 июля 1937, Киев, тюрьма НКВД СССР) — украинский художник и педагог времен Расстрелянного возрождения. Ученик Афанасия Сластиона и Михаила Бойчука. Профессор живописи Киевского художественного института.
Жертва российско большевистского террора в Украине. Убит вместе с В. Седляром и учителем М. Бойчуком.
«Кроткий, вежливый, доверчивый, как ребенок, и наивный. Иван был также хорош: длинные золотые волосы имел, «под макитру» обстрижен», — писала художница Оксана Павленко о своем коллеге Иване Падалке, память которого сегодня чествуем.
Художник-график, бойчукист и педагог времен Расстрелянного возрождения Иван Падалка родился 15 ноября 1894 года в семье выходца из казаков. Детей в семье было 8, но на родительской шее Иван сидел не долго, с детства много учился и работал. В художественно-промышленную керамическую школу в Миргороде поступил благодаря стипендии, которую выхлопотал для талантливого 15-летнего юноши местный дворянин.
Изделия Ивана произвели фурор на ежегодных выставках школы, но образцовый студент стал мятежником и был исключен за организацию ученических выступлений против царя и администрации.
После исключения Падалка поехал в Полтаву, где производил копии украинских ковров для ткацкой мастерской Богдана Ханенко. Заработок позволил Ивану поступить в Киевское художественное училище. А впоследствии – в мастерскую Михаила Бойчука. Здесь он научился делать фрески, иллюстрировал книги, вместе с Бойчуком участвовал в росписях казарм. Его доступные и понятные многим картины и графика экспонировались и успешно продавались на выставках Европы и Японии.
Бойчукисты в начале XX века были трендом, ведь творили новое монументальное (по сути, вечное) искусство. Они стремились передать свои взгляды и мастерство как можно большему числу людей. Хотели, чтобы их работы видели не только на выставках, но и на стенах зданий, в быту. Имена бойчукистов гремели. Возможно, именно поэтому они и не эмигрировали, хотя имели такую ​​возможность.
И могли ли они вообразить, что преданность крестьянской теме станет поводом для уничтожения художников и их работ?
Осенью 1936 года Падалку похитила группа НКВД. Были конфискованы картины, уничтожен его личный архив. Художника бросили в подвалы Октябрьского дворца, главной застенки энкаведистов в Киеве. Он мужественно держался на допросах, отрицал все надуманные обвинения. Но в конце концов "сломался" из-за шантажа судьбами жены и сына, подписав все, что ему подсунули, не читая.
На следующий день после оглашения приговора Падалку, Бойчука и Седляра расстреляли. Тела из дворца исподтишка вывезли крытыми машинами в Быковнянский лес.
Через несколько дней за «шпионаж и недонесение на мужа» арестовали и жену Падалки, после чего она более 20 лет провела на Колыме. А 14-летнего сына органы НКВД отправили в детский дом. И мать больше никогда его не видела...

Забытая звезда Серебряного века и любимая ученица Репина Елена Киселева! Дарю вам сегодня невероятную жизнь выдающегося художника
Она была первой женщиной, получившей пенсионерство Академии художеств для обучения за границей, и одной из самых прославленных художниц своего времени, не уступала по популярности Анне Остроумовой-Лебедевой и Зинаиде Серебряковой. Сочетая академизм и бунтарство, Елена Киселева создавала великолепные портреты – и однажды просто исчезла с небосклона российского искусства. Сегодня ее имя практически забыто…
Без нее не обходилась ни одна крупная выставка ни в России, ни за рубежом. Ее портреты оказывались на обложках известных журналов рядом с работами В. Серова, К. Сомова, А. Головина и Б. Кустодиева, а несколько картин для своей коллекции приобрел Максим Горький. Как "новая женщина" Елена Киселева самостоятельно путешествовала по Европе, снимала мастерскую на Монмартре и училась у Эжена Каррьера и Рудольфа Жюлиана. Она неоднократно получала премии Академии художеств и Общества имени Куинджи, была признана и имела все шансы на блестящее будущее. Однако вместо славы и успеха судьба готовила художнице беженство и забвение.
Елена Киселева родилась в Воронеже в этот день 27 октября 1878 года в семье известного математика Андрея Петровича Киселева. Ее живописный талант проявился уже в детстве, но Елена планировала по примеру отца получить образование педагога-математика. В 1896 году она уехала в Петербург и поступила на Бестужевские курсы. Однако, заболев тифом, не смогла окончить обучение.
После перенесенного заболевания Елена решила, что нужно следовать велениям сердца, а не разума. Она стала студенткой Высшего художественного училища при Академии художеств, а спустя два года с успехом выдержала экзамен в Академии и поступила в мастерскую Ильи Репина.
Надо сказать, Репин выпестовал немало талантливых художниц, но Киселева была настоящим бриллиантом. Она отлично усвоила законы академической живописи и в какой-то мере переняла манеру своего учителя. В 1903 году Репин поручает Елене Киселевой и Евгении Малешевской работу над серией городских видов к 200-летнему юбилею Санкт-Петербурга.
Но, как многие ученицы Репина, Киселева довольно быстро отвергла его академизм. Оказавшись в столице модернистского искусства – в Париже – художница заинтересовалась новаторскими течениями. Ближе всех ей оказалась фовистская палитра и сложный, утонченный язык символизма. Елене не терпелось начать экспериментировать самой, казалось, что она принесет в Россию искусство будущего. Но эскиз ее дипломной работы «Парижское кафе» вызвал шквал негодования и критики со стороны академиков. Ее, звезду Академии, отличницу, буквально рвали на части эти консерваторы!
После этого неприятного инцидента Киселева взяла академический отпуск и вернулась в Париж, где училась у Эжена Каррьера, символиста, известного своими призрачными женскими образами.
Женские образы были и любимой темой Киселевой. Она не испытывала особого интереса к пейзажам или натюрмортам, ее страстью – в художественном смысле – были яркие, красивые, сильные женщины. Она умела и воспеть женскую красоту, и отразить многогранную личность.
Соединив любимую тему с академической техникой, символистской недосказанностью и – так и быть – национальным колоритом, Киселева в 1907 году представила на суд комиссии дипломную работу «Невесты. Троицын день». Работа получила высокую оценку академиков, и Киселева получила финансовую поддержку для путешествия за границу – конечно же, она выбрала Париж.
В переписке с искусствоведом Маргаритой Луневой она откровенничала: "Помню, когда я писала эту свою большую картину "Троицын день", пришел как-то Репин, я не выдержала, ушла и сзади картины стала просто плакать от отчаяния. Он стал, конечно, меня успокаивать. "Да что Вы, все хорошо, да Вам дадут звание даже за то, что у Вас висит на стенах". В мастерской тогда находились "Невесты", а также ряд портретов крестьянских девушек."
Чтобы поддержать ученицу, Репин написал Киселевой письмо, в котором высоко оценивал работу художницы:
"Елена Андреевна, Ваша мастерская произвела на меня громадное впечатление. И напрасно Вы думаете, что Вы подражаете Малявину. Совсем другое: у Вас эпос, бытовые русские картины, а у него фантазии и символы.
У Вас психология, жизнь здоровая, красивая и чисто русская, и это так редко кому дается. Выражение лиц Ваших картин так глубоко, что я удивляюсь до сих пор – как при такой красоте лиц и при широкой, сочной живописи лица так правдивы и жизненны.
Пишу Вам все это, чтобы поддержать Вас на этой чудесной дороге реальной правды. Я думаю, только здесь и есть та неувядаемая молодость и жизнь, которой мы радуемся во всех эпических гениальных произведениях всех веков и всех народов. Как вчера сказал, и теперь подтверждаю: Вы попали на настоящую национальную струю живописи народной. Держитесь ее и бросьте всю бутафорщину цеховой заурядности – фокусы виртуозности.
..
Я уверен, что академия вас оценит".
Илья Ефимович, всегда поддерживавший Елену, стал единственным человеком из России, с кем она сохранила связь после эмиграции в Белград. Случилось это в 1920 году.
В первой декаде XX века она участвовала в художественных выставках по всей западной Европе, демонстрировала работы в Мюнхене и Риме. Ее автопортрет получил премию имени А.И.Куинджи… Да и на родине в 1910-х годах Киселеву ждала настоящая слава. Символизм был в моде. Критики осыпали Киселеву своими восторгами, знаменитые люди – например, писатель Максим Горький – покупали ее картины. Репин активно поддерживал любимую ученицу, она частенько бывала у него на даче, где собиралось весьма богемное общество. Дружила Киселева и с Корнеем Чуковским, который оставил о ней довольно подробные воспоминания. Благодаря Чуковским она подружилась с художницей по тканям Любовью Бродской, женой художника Исаака Бродского – того самого, который вскоре станет «конвеером» по производству портретов Ленина…
В 1917 году Киселева перебралась в Одессу, где случайно встретила давнего знакомого, профессора механики Антона Билимовича, и очень скоро стала его женой. В том же году появился на свет их сын Арсений…
И хотя Киселевой была суждена очень долгая жизнь, в 1920 году ее звезда на небосклоне русского искусства погасла. Почти сразу после рождения сына, она вместе с семьей эмигрировала в Югославию, где практически перестала заниматься живописью. В эмиграции она ни в чем не нуждалась, кроме… свободного времени. Супруг целыми днями пропадал на работе – он преподавал и занимался наукой, и Елена занималась сыном и домом, принимала многочисленных гостей, которые и не знали, что у себя на родине она была выдающейся художницей. Но талант Киселевой погубил не быт, а война. В 1942 году средоточие ее жизни, Арсений, оказался в концлагере. После освобождения он прожил совсем недолго. В те мучительные дни Киселева приняла решение больше никогда не возвращаться к искусству. Последней ее работой был портрет сына на смертном одре, который она держала в своей комнате до последних дней жизни.
В конце шестидесятых годов сотрудница Воронежского музея изобразительных искусств Маргарита Лунева узнала, что художница Елена Киселева еще жива. Женщины несколько лет вели переписку, и Киселева решилась передать большую часть своих работ на родину. В последние годы жизни художница придерживалась обета молчания. Она прожила 95 лет. Согласно ее завещанию, последний портрет Арсения был уничтожен.

Текст: Софья Егорова.